Всю газету посвятили редактору

— Иван Александрович, — обращаюсь я к виновнику торжества. — Завтра наши подписчики (а их на тот момент было 15494) получат не один, а два номера «Октябрьского нефтяника». Второй от первой до последней строчки посвящен вам.
Достаю из пакета пачку газет и несколько экземпляров вручаю юбиляру.

«Гвозди бы делать из этих людей, не было крепче бы в мире гвоздей» — в главном, хорошо иллюстрированном материале на первой странице дано обещание не утаить, какой редактор в раздумье, в гневе и в радости, в кабинете, на летучке и на грибной охоте.
В номере заметки и о том, что Иван Александрович постоянно балует женщин редакции цветами со своего приусадебного участка, и об изумительных черемуховых тортах, приготовленных его супругой, и о том, что на улице Цветочной два дома с одинаковыми номерами, в одном из которых жил редактор, и интервью с виновником торжества (он ответил на 24 вопроса), и воспоминания коллег, и лирический шарж, и мудрые мысли, крылатые слова, выражения самого Ивана Крюкова, и поздравления — шуточные и серьезные и даже кроссворд и реклама! Все для него, все о нем! И много фотографий.

Как менялось в тот момент выражение лица Ивана Александровича, надо было видеть. Сначала исчезли улыбка, благодушие… Появились недовольство и даже гнев. Прежде чем он успел сказать нам то, что по этому поводу думает, я призналась: это — шутка.

Тираж на самом деле всего сто штук и распространится он только тут, в этом зале, только сейчас.

Такой подарок редактору, который руководил «Октябрьским нефтяником» четверть века, мы делали всем коллективом в сговоре с типографией — она напечатала этот номер.

Из тех ста экземпляров сегодня остались единицы. Я думаю, что в России нет больше ни одного редактора, которому при жизни выпустили бы посвященный только ему целый номер газеты.