Пока не сломалась душа

— Хотела, чтобы в городе был детский театр, и он есть, — так подвела главный итог своей тридцатилетней деятельности на посту режиссера образцового коллектива театральная студия «Щелкунчик» Дворца детского и юношеского творчества Елена Наянзина.

Типичный Водолей

В этом театре и актеры, и зрители — дети. Хотя проблемы театр ставит вовсе не детские. И решает их на таком уровне, что статус «Щелкунчика» подтверждает не только не поддающееся учету число наград международных и российских фестивалей, но и любовь и благодарность все новых и новых поколений юных горожан.

Почетный работник общего образования РФ Елена Наянзина — стержень театра, личность, собирающая и образующая творческое пространство.

Елена Александровна вспоминает: с детства бредила балетом, смотрела по телевизору все балетные постановки. Но сложилось так, что получила образование по специальности «прикладная математика». Работала во ВНИИГИС, но затем судьба привела ее во Дворец детского и юношеского творчества, где Наянзина и осела, сказав себе:

— Это действительно мое.Все эти годы многому училась. Смотрела видео, читала. Трудилась без отдыха с первых дней своей театральной эпопеи — все эти долгие тридцать лет.

— Главный смысл жизни, ее назначение, на мой взгляд, — сеять добро, — говорит Наянзина. — Я Водолей по гороскопу. Представители этого знака взаимодействуют не столько с близкими, сколько с обществом, хотят изменить мир к лучшему.

В этом смысле Елена Александровна — типичный Водолей.

Праздник, праздник, праздник!

«Щелкунчик» и его постановки ассоциируются прежде всего с праздником. Это всегда радостная феерия: море звуков и красок, яркие костюмы и декорации, эффектные реплики.
Как удается создавать этот карнавал Елене Наянзиной и ее ученице, а ныне педагогу по актерскому мастерству, хореографу Ирине Баймбетовой?
Праздник не возникает сам по себе. Его надо лепить из мелочей.

— Есть идея, которую иногда вынашиваешь весь год. Собираешь детали, продумываешь мелочи. Оживляет каркас спектакля музыка. Именно она рождает атмосферу, — делится Елена Александровна. — В каждую сцену закладываешь что‑то уникальное, находку, которая привлечет зрителя. Чем можно удивить? То игрой со светом. То дракой со шпагами. То удачной репликой или шуткой. Это все муки мозга. Пытаешь себя. Ты не работаешь, ты постоянно в творческом процессе, думаешь, ищешь варианты.

Приходится и учитывать свои возможности. Бывает, есть задумка, но нет средств для ее осуществления. Так что некоторые спектакли все еще лежат в «загашнике» и ждут своего часа.

Евгений Шварц, Пьер Бомарше, Александр Дюма

Слабость Елены Наянзиной — пьесы Евгения Шварца. Его умные сказки с философским подтекстом хорошо принимают зрители и любят актеры, благодаря им заново что‑то открываешь в себе и в жизни. Последняя работа студии, кстати, тоже по Шварцу — спектакль «Тень».

С удовольствием «Щелкунчик» обращается к творческому наследию Александра Дюма.

Сейчас студийцы работают над пьесой «Безумный день, или Женитьба Фигаро» Пьера Бомарше. В планах — остроумная сказка Леонида Филатова «Про Федота‑стрельца, удалого молодца».

Чтобы поставить пьесу, ребятам приходится погрузиться в другую эпоху, поблуждать по столетиям. Читать приходится много. Разве можно сыграть в спектакле по мотивам романа «Граф Монте‑Кристо», не прочитав легендарную книгу? Или воссоздать атмосферу, к примеру, восемнадцатого века в пьесе про эпоху Екатерины Второй, не перерыв справочную литературу?

Юные актеры активно смотрят по интернету театральные постановки — классические и современные, вникают в технику игры выдающихся советских и российских актеров. Сравнивают разное прочтение ролей, разный рисунок игры, обсуждают увиденное.

Знают ведущие российские театры, выдающихся театральных режиссеров.

— Современные дети, к сожалению, больше знакомы с зарубежными актерами, чем с нашими, — говорит Елена Наянзина. — Студия восполняет этот пробел. А что касается репертуара, подбираю материал не только сама, но и узнаю у детей, что интересно сегодня. Ориентируюсь на их вкусы и на запросы времени.

Выбираю лицо

В студии «Щелкунчик» на сегодняшний день 170 воспитанников. Солидный коллектив юных актеров.

Как Наянзиной удается «угадать» талантливых детей?

— По горящим глазам, — отвечает моя собеседница. — Видно, когда ребенок получает удовольствие от игры. А еще важны голос, энергетика и воображение. Такой ребенок подобен солнышку. Он рад общению со зрителем. Видишь его и понимаешь: это тот самый! Заболевший театром. Всегда что‑то придумывающий. Я выбираю пьесу на героя. На лицо. Есть лицо — будет удачная постановка. Все остальные персонажи лепятся вокруг главного героя. Это непременно человек мыслящий. И трудоспособный. Это обычно ребенок‑фейерверк. И с таким дарованием надо работать с детства, пока не сломалась душа. Пока он светится, как шарик. Мне нравится поколение современных детей. Они эрудированы. Читают. Без комплексов. Все говорят в лицо, а потому не остается место недосказанности. Они готовы создавать и созидать. Бросаются на новые идеи. Для них нет фразы «Не смогу», есть «Я сумею».

Елена Александровна практически живет в театре и театром. А «Щелкунчик» стал для многих и многих его воспитанников и выпускников любящей и любимой семьей. Здесь учатся культуре общения. Тут действует принцип равноправия. Все могут высказаться. Всех уважают. Все полноправные участники единого творческого процесса. А повзрослевшие ребята уходят из студии с таким же сожалением, с каким расстаются с детством.

Десять выпускников Наянзиной связали свою жизнь с актерской долей: это те, кто сегодня учится в театральных вузах страны, и те, кто уже окончил обучение.

А есть те, кто, получая или уже получив обычную, «земную» специальность, так и не порвал связь с театром. Они уходят в агентства по устройству праздников, организуют театральные студии на рабочих местах, а студенты — в вузах. «Высокая болезнь» любимого наставника передалась им, как в истинной семье, — по наследству, и детский театр, тридцать лет назад зародившийся в городе, давно перерос свои границы: его выпускники, оседая в самых разных уголках нашей необъятной страны, делятся с окружающими трепетным светом любви к сцене. Тем самым светом, которым пронизан каждый день театра под названием «Щелкунчик».