Военнослужащий «Барс» из Октябрьского даже в краткосрочном отпуске рвался назад, на передовую

«Барса» призвали во время частичной мобилизации. За каких‐то два‐три дня собрался и уехал. Всё случилось так быстро и неожиданно, что семья не смогла понять, что же произошло и какие перемены ждут впереди, вспоминает супруга Гульназ.

Осознание наступило позже — месяца через два‐три.

— Вначале была полная неопределённость, — рассказывает Гульназ. — Куда едет? На сколько? Что будет дальше? Потом началась стадия привыкания к случившемуся. Супруг встретил мобилизацию как мужчина. Стойко и молча. Если и переживал, то виду не подавал. Опыт у него был: в своё время отслужил срочную, вернулся сержантом.

Гульназ мало что знает о военных буднях мужа.

Он бережёт близких и не делится рассказами о том, что и как приходится ему переживать.

— Проблема поначалу была со светом, — вспоминает Гульназ. — Теперь обустроились уже. Раньше передвигались в темноте.

Фонарики нельзя включать, чтобы не выдать своё местоположение. Переломы поэтому были нередки из‐за темноты в первое время. Простывают, конечно. Муж попал однажды в санчасть из‐за сильной простуды. Фото присылает иногда. Но что увидишь на снимке? Днепр и Днепр, лес и лес... Созваниваемся редко, чаще переписываемся.

Боец приезжал домой в отпуск в мае. Изменился, конечно. По мнению близких, стал немного отчуждённым. Реагировал на любой звук, контролировал каждый шорох — это вошло в привычку там, откуда он вернулся.

Иначе в зоне спецоперации нельзя: подведёшь и подставишь своих.

Сначала был весёлым и радостным. Но это продолжалось первые дня два отпуска. Потом пришло понимание, что здесь иная жизнь, нежели та, что стала для него теперь главной. Радость начала тускнеть.

Бойца тянуло назад. Переживал: «Товарищи мои сейчас там, а я почему здесь? Я здесь отдыхаю, а они там борются за жизнь. Мои братья».

Военнослужащие зовут друг друга братьями, объяснила Гульназ.

У них дружный мужской коллектив, со своей иерархией и своими законами.

В семье подрастают две дочери. Камилле — 11 лет, Арине — четыре. По детям «Барс», конечно, соскучился. Каждую свободную минуту в отпуске старался проводить с ними. И дети по нему скучают.

Особенно малышка Арина. Ей всё объяснили про отъезд отца, и теперь она рассказывает:

— Папа меня, сестру, маму и всех защищает.
Когда защитит, домой приедет.

Правда, дети уже привыкли к тому, что его нет рядом, добавляет Гульназ. Сама она работала в детском саду № 5 «Пчёлка», куда «Барс» в отпуске приходил на встречу с малышами.

Побывал он и в башкирской гимназии № 4, которую когда‐то окончил.

Оказывается, получил в зоне боевых действий два письма, которые написали девочки из этого учебного заведения. Вот такое удивительное совпадение: письма эти попали именно ему, выпускнику гимназии — бывшему вахтовику‐северянину, а ныне бойцу. «Барс» хотел найти этих девочек и поблагодарить.

— Бойцы читают и перечитывают трогательные детские письма, — рассказала Гульназ. — Радуются рисункам, словам благодарности, поздравлениям с праздниками, маленьким поделкам. Эта поддержка тыла очень важна для них. Мы, близкие, отправляем посылки: термобельё, лекарства, печенье, сигареты, носки.

Всё по требованию. А нас поддерживает город, поликлиника детская. Куда ни обратишься, всегда готовы оказать помощь. Нас не оставляют, и к нашим проблемам проявляют внимание.

В семье бойца теплится надежда на его новый отпуск и скорую встречу.

Гульназ замечает, что за эти полтора года у мужа появилась седина, но не убавилась решимость выполнить свой долг:

— Верим в лучшее и надеемся на скорую встречу.

Гордимся своим мужем и отцом и благодарны за то, что он защищает всех нас и нашу Родину.